Андрей Пашинин (mizantrop86) wrote,
Андрей Пашинин
mizantrop86

Categories:

Рассказ "Подарки Дедушки Хаоса: Простые Решения", ч.2

- Скажи всем, - тем же тоном произнес полковник. – Я знаю. В позапрошлый раз я научился видеть чужими глазами. Пока я еще не решил, что делать, и твои слова могут повлиять на мое решение.
- Хех, а я думал, что это будет что-нибудь постыдное, - осклабился Арсений.
Полковник не отреагировал.
- Это только для меня. Где ваши записки, я не знаю, - Геннадий еще сомневался в правдивости слов старого вояки. Это могла быть и провокация. Стоило попытаться потянуть время.
- Хорошо, я сам скажу. Из нас живым отсюда выйдет только один… или одна. До чего мы докатились… Здесь нет ничего и никого, кроме нас, а мы еще пытаемся что-то скрыть… Покажи им, - приказал полковник, профессионально повышая голос.
Гена сдался. Арсений и Юлия подошли поближе, и он молча показал им записку.
Несколько минут все молчали. Затем Арсений снял очки и принялся протирать их краем помятой футболки:
- Итак, мы имеем два выхода. Убить или умереть. Причем один из них заведомо неприемлем. По крайней мере, для меня, - он снова нацепил очки на нос. – Что из этого следует?
- Что я в дрова пьян и поэтому пока очень добрый, - пробурчал полковник.
- Что надо искать третий выход! – в свою очередь проигнорировав Федора Павловича, констатировал Арсений, глубокомысленно подняв вверх указательный палец.
- Какой? Хочешь перехитрить сам не знаешь кого? – голос Каменцева сорвался. Он подошел к тихонько всхлипывавшей Юлии и положил руки ей на тонкие плечи.
- Во-первых, надо поискать выход из комнаты, - серьезно произнес студент.
- Валяй, - Гена не шелохнулся. Впрочем, как и Арсений. Видимо, он мало верил в собственные слова.
- Во-вторых, ситуация очень странная, - продолжил Мезин. – Я знаю сотни историй о самых невероятных подарках. Но мне никогда не доводилось слышать про общие подарки на несколько человек, также как и не припоминаю историй о двойном подарке.
- Все когда-то случается впервые, - философски заметил Федор Палыч. Покачав головой, полковник начал медленно обходить комнату и простукивать стены и пол костяшками пальцев в поисках пустот. Впрочем, он всегда терпеть не мог сидеть, сложа руки, и пытался скорее успокоить совесть.
- Конечно. Но нарушение правил налицо. И это настораживает.
- Ага, записку подбросил один из нас, а комната нам чудится, потому что я всех опоил чем-то галлюциногенным, - с сарказмом заметил Гена. – Только я не очень понимаю, кому это нужно.
- Нашим врагам. Это могло быть их желание.
- И что это меняет?
- То, что мы могли получить сверхспособности, о которых не знаем, потому что записки с их описаниями лежат в твоей квартире.
- Я ничего не чувствую в себе, - нахмурился Гена.
- Это наш шанс, и его не стоит упускать, - покачал головой полковник.
Должно быть, со стороны следующие полчаса они выглядели ужасно глупо. Юлия сидела в углу, привалившись к стене и закрыв покрасневшие от слез глаза, Арсений и Геннадий пытались изобразить подобие медитации, а полковник продолжал стучать по серому пластику. На лбу военного от напряжения вздулись вены, лицо приобрело какой-то вареный оттенок.
- Пусто, - задумчиво сказал Каменцев.
- Ничего, - отозвалась Юлия.
- Ну что ж, - интонация Арсения была далека от панической или усталой. – Эта гипотеза отпадает. – Разве что… Полковник?
- Я бы сказал, - огрызнулся Федор Палыч.
- Предположим, что все это – лишь эксперимент, - студент увлеченно начал излагать новую теорию. – Как поведут себя четыре человеческих индивидуума в критических условиях? Станут ли убийцами? Впрочем, я всегда могу ошибиться, - легко согласился Арсений с невысказанным замечанием. – Кто-то же ведь пишет записки…
- Скорее, ты просто играешь выводами, - заметил полковник. – Гена, подсади меня, надо потолок проверить.
Каменцев молча повиновался. Полковник оказался гораздо легче, чем он думал.
- Хорошо, господа Всемогущие, мы все поняли и разгадали ваш мудрый план! – крикнул он. – Мы не какие-нибудь твари, руководствующиеся одними инстинктами, мы умеем любить и сострадать!
- Хватит паясничать! Вы же взрослый человек! – возмутился Арсений. – Мы должны доказать все делом!
- Как? – полковник глянул на студента сверху вниз. – Умерев от голода?
- Возможно, следует подождать, и нам…
- Во сне принесут пищу? Сомневаюсь. Гена, чуть левее.
- А может, вообще это всего лишь иллюзия! – Мезин распалился и был готов на все, чтобы остаться в этой перепалке победителем. – Нам надо просто в это поверить.
- Все, опускай, - велел полковник после того, как очередной серый квадрат отозвался на удар также, как и сотни его близнецов.
- Ну не может сверхразум не оставлять нам другого выхода!
- Почему именно сверх? – хмуро спросил Каменцев. – А не псевдо или вообще недо?
- Я сплю, ущипните меня, - полковник продолжал сочиться сарказмом, наглядно опровергая распространенное мнение об отсутствии этого качества у людей его профессии. – Сеня, думаешь, я в это верю? В этих пришельцев, мать их? Извини, мне не нужен лишний адреналин в крови, в отличии от тебя. Я еще в Афгане кровь проливал, не говоря уж о последнем времени. Мне покой нужен.
- Точно, покой этой могильной камеры, - Арсений обвел рукой комнату.
Полковник выматерился так, что Геннадий похолодел.
- Успокойтесь, Арсений Петрович, - попытался он разрядить обстановку, обращаясь к студенту особенно вежливо.
- Нам надо подождать, - отрезал Мезин. – Если ничего больше не работает… Они же могут ждать чего угодно. Может, хотят посмотреть, как мы будем мочиться в углу!
- Надо сделать выбор. И все, - полковник вложил все оставшееся терпение в свой голос, чтобы сохранить его спокойным. – У нас… Каламбурчик. – Лицо полковника исказила жуткая усмешка. - У нас нет выбора – нам придется делать выбор… - с этими словами он достал из нагрудного кармана формы связку зубочисток. – Надо тянуть жребий.
- Ты, - Арсений снял очки и сжал их в дрожащей руке так, что одно из стекол вылетело и звякнуло по полу. – У тебя аллергия на мысли?
- Замолчи, - прорычал полковник, убирая зубочистки обратно в карман мундира.
- Тебе хорошо, убийца? Ты играешь чужими жизнями, как шахматными фигурами, ловишь от этого кайф? Что же ты медлишь? Ты хочешь легкого пути? Тебе нужны только простые решения! Выбор из нескольких смертей! Конечно, что еще…
Внезапно студент охнул и осел на пол. Его кожа мгновенно побледнела и приобрела синеватый трупный оттенок. Из глаз брызнули потоки слез, смешавшихся с гноем.
- Федор Палыч? – Геннадий испуганно попятился.
- Я спятил…- голос полковника оставался вполне привычным, ничем не напоминая голос сумасшедшего. - Конечно, уже давно спятил… В первый же год. Я не стану вам говорить, из-за чего. Слишком больно вспоминать. А может, это чье-то проклятие? Кто-то пожелал, чтобы я стал идеалистом?
Геннадий, сделав очередной шаг назад, ощутил спиной холодный гладкий пластик стены. Или из чего там состояла стена?
- Я стал увлекаться идеями… Навязчивые мысли преследуют меня, и мне безумно тяжело с этим бороться… Я стараюсь держать их в себе, но…
Рыбьи глаза выпучились, изо рта полковника тонкой струйкой вылетела слюна.
- Но я не могу терпеть… соперников! Других идеалистов, понимаешь?! Это он, а не я! Ты меня понимаешь?! Это всегда они. Я никого не убивал.
- Д-да, конечно, - Каменцев внутренне напрягся, готовясь к последнему отчаянному броску в попытке сломать противнику шею.
- Они еще рассуждают о простых решениях. Ха! Они думают, что мне легко убить друга. Нет, это они, а вовсе не я, ищут простые решения. Они хотят уклониться от боя с самими собой. Конечно, проще уйти, забыть, остаться в стороне.
Кухонный нож возник у горла Федора Павловича словно бы из ниоткуда. Неровная красная нить пересекала его горло долго и мучительно. По крайней мере, так подумал Геннадий в первый момент, хотя и понял потом, что движение было очень быстрым, и только поэтому увлеченный своей тирадой старый солдат не успел оказать сопротивления.
Кровь веселым ручейком залила парадный мундир, и старик рухнул на колени. Сердце Геннадия сжалось, и он приготовился к смерти от взгляда безумца, когда тот посмотрел ему прямо в глаза. Но пелена смерти уже подернула зрачки Федора Павловича.
Полковник упал лицом вниз, в лужу собственной крови.
Каменцев посмотрел на Юлию, стоявшую позади трупа. Рука с ножом, который девушка, несомненно, каким-то чудом успела стащить с праздничного стола, нервно подрагивала, с лезвия срывались тяжелые, вязкие багровые капли.
- Будь готов, он сейчас воскреснет, - сказала она.
Геннадий подскочил к трупу и опустился на колени, обильно пачкая их кровью. Юлия протянула ему нож.
- Пожалуйста… Я не смогу… Еще раз… - слова срывались с ее губ с огромным трудом.
Каменцев молча взял нож, судорожно сжал черную пластмассовую ручку и приставил его к горлу полковника, внимательно наблюдая за веками мертвеца и за его грудью.
Они не двигались.
- Он решил уйти, - пробормотал Геннадий и подумал, что Федор Павлович сделал этот выбор еще раньше. Ведь он наверняка видел атаку глазами своего палача...
- Мы оба, - донеслось из-за спины, а через долю секунды послышался стук падающего легкого тела.
Каменцев оглянулся. Девушка лежала на спине. Только теперь он заметил небольшой порез на руке Юлии, сделанный, по всей видимости, все тем же ножом. Из него до сих пор шла кровь.
- Быстро вылечить насморк не дано никому, - Юлия слабо улыбнулась. – Я лгала вам всем. Мой… третий дар – вызывать несвертываемость крови.
Мужчина рванулся к ней, обхватив за плечи.
- З…зачем? – Геннадий не мог говорить, он судорожными рывками гортани выдавливал из себя всхлипывающие звуки отчаяния.
- Знаешь… - Юлия осторожно погладила маленькой ладонью непослушные короткие волосы Каменцева. – Я хочу, чтобы ты вернулся…
- З…зачем… - повторил мужчина. – З…зачем мне жить, если без… если ты…
- Но это не главное, - на миг Юлия слабо улыбнулась. Из угла ее рта стекла темная струйка крови. – Просто мне… Мне страшно возвращаться, Гена. Я боюсь завтрашнего дня, боюсь того подарка, что ожидает там. Я боюсь жить. Это…
Она закашлялась.
- Это мое самое простое решение.

Геннадий Каменцев, сгорбившись, сидел посреди камней, глины и снега на краю громадной выбоины в граните набережной, оставленной снарядом танковой пушки. Кто и зачем стрелял, не имело больше значения. Над безликим покинутым административным зданием напротив трепыхался в агонии черно-желто-белый флаг с коричневым православным крестом. Хотя края флага обгорели, он каким-то чудом все еще висел и даже находил в себе силы ловить промозглый приречный ветер остатками своего шелкового тела. Полярное сияние все еще играло в вышине, но с горящего неба падал и самый обычный январский снег, покрывая лицо одинокого человека россыпью мелких быстро тающих льдинок.
В кулаке правой руки Каменцев сжимал клочок бумаги. Обычный клочок обычной бумаги, где не было никаких судьбоносных букв.
Его обманули. Он пытался сконцентрироваться на своем гневе, потому что иначе перед глазами тут же вставало лицо Юлии.
Он снова развернул обрывок и посмотрел на него в надежде ощутить новый приступ ярости.
На бумаге было написано: «Ты неправ. Подарок вручен».
Геннадий едва удержался, чтобы не выкинуть проклятую записку. Что, что вы мне дали?! Вы же любите давать страдания и называть их знаниями. Что? Месть всемогущим силам в качестве смысла жизни? Познание своих подлинной сущности друзей в беде? Осознание собственного горя и беспомощности?
До него всегда долго доходило.
Ему ответили.
Он скомкал листок замерзшими пальцами и опять развернул. Его губы шевелились с трудом, будто скованные невидимыми цепями.
- Кто вы?
Снежная пыль лениво поднималась над землей, предвещая надвигающийся буран. Ледяной ветер тихонько завыл, как брошенный в подворотне маленький щенок. Щенок быстро рос, но лишь жуткий вой самого большого призрачного пса смог, наконец, заглушить дикий, безумный хохот со стороны укутанной во тьму набережной.

Люберцы Февраль-Март 2008 г.
Subscribe

  • М3.015

    Меня почти не было в ЖЖ в этом году, и в следующем ситуация вряд ли изменится. Мы - то, что мы создаём, и наше существование недоказуемо само по…

  • Немного прекрасного

    Сочетание моей обычной слоупочности с духом информационного века порождает ситуацию, когда, отыскав в сети нечто, вызывающее даже восторг, этим не с…

  • ПерфоРманс

    Вторая буква "Р" обязательна - почти как вторая "С" в слове "раса".

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments