Андрей Пашинин (mizantrop86) wrote,
Андрей Пашинин
mizantrop86

Categories:

Начинаю выкладывать крупногабаритное...

Керальдо.
Месть Времени.

Роман.

Часть 1.
Выброшенная жизнь

1

Странное, однако, ощущение – пустота в голове, непроходящая, но понемногу заполняющаяся новыми образами. Это ни на что не похоже, можете мне поверить. Возможно, это то самое счастье, что мы ищем всю жизнь, однажды, в детском возрасте, испытав его и забыв, как быстро забывается все хорошее.
Я помнил ровно столько, сколько нужно, чтобы не донимать окружающих глупыми вопросами типа: «Как ходить?» или «Почему небо голубое?» Я помнил общепринятый язык, помнил некоторые правила хорошего тона и полный список съедобных трав Байгерского леса. Но в ответ на безмолвный вопрос «Кто я?» двери памяти не открывались. И я знал, что забытое не отыскать. Никак. Конечно, можно познать произошедшие события из чьих-то уст, но это не имеет с воспоминаниями ничего общего. К тому же на удаление части памяти я пошел сам – значит, хотел забыть что-то неприятное или вообще опасное для жизни.
Досаждало отсутствие имени. Подумав, я решил называться Торном – имя вполне подходило под мою внешность южанина.
Я поднял глаза и оглядел местность. Мысленно похвалил себя за предусмотрительность – я не забыл дорогу с Острова Забвения. Не хватало еще пытаться переплыть широкую и полноводную реку, не зная о существовании парома.
Сам Остров зарос таким же густым и мрачным лесом, как и берега реки. Кроны исполинских вязов и дубов сплетались над головой, приглушая солнечный свет. С деревьев свешивались лохматые бороды лишайников, под ногами тихо хлюпал мох. Вечерело, и в воздухе уже начинали свои танцы зеленые огоньки светлячков. Неподалеку квакали громко лягушки, а над самым ухом кружил невидимый, но абсолютно неутомимый в свой назойливости комар. Я поправил на плече ремень автомата (модель не помню) – мало ли какие твари могут здесь водиться. Ведь я не помнил, в какой, собственно, стране нахожусь и в каких отношениях местное население с Истоком Живого.
Отклонив рукой хлестанувшую по лицу ветку, я спустился в ложбину, ведущую к парому. Пару раз споткнувшись о бесчисленные коряги, заботливо укрытые слоем палых листьев, я наконец выбрался на открытую местность и увидел паром.
Паромщика я помнил. Тень по имени Харон. Одет он был, как всегда, в серый балахон, но сейчас почему-то не опускал капюшона, являя окружающим сгусток темной пустоты, заменявший ему голову. Может, хотел сполна насладиться моментом, когда приречный сумрак окончательно победит день? Или просто попугать излишне забывчивых клиентов Острова Забвения?
Харон неподвижно стоял на пароме, представлявшем из себя огромный деревянный плот. В руках тень держала весло, испещренное мелкими рунами – грести Харону наверняка помогала слабенькая магия. А на бревенчатом причале в нетерпении толпились остальные пассажиры. Я опознал трех людей, януса, креона и вурка. Двое людей-мужчин свиду показались мне солдатами – они были одеты в композитные бронежилеты и держали под мышками серые шлемы с черными забралами. Значительно больше меня заинтересовала стройная девушка, оживленно болтавшая сейчас с янусом. Ее золотистые волосы были заплетены в прическу «Полет виверна», больше характерную для жительниц восточных стран – волосы собраны в два пучка, но по две пряди с каждой стороны лица оставлены свободными. У незнакомки эти пряди достигали внушительной длины – почти до пояса. Одета она была в обтягивающий костюм из коричневой кожи, лишенный каких бы то ни было украшений, что только подчеркивало красоту его обладательницы. Огромные зеленые глаза Златовласки блестели, с интересом разглядывая собеседника. На бедре девушки болтались узкие ножны с вложеным в них вакизаши.
Янус, с которым она разговаривала, растянул губы обращенного к девушке лица в улыбке. Для представителей его расы общение иногда является истинным блаженством, предохраняя от безумия, вызванного двойственностью сознания. Даже во время напряженного научного или философского диспута янусы могут думать о чем-то совершенно другом. Поэтому я лично их побаиваюсь и стараюсь не доверять им.
Двуликий был облачен в черную шелковую тунику, такого же цвета холщевые штаны, высокие сапоги и доходящий до щиколоток плащ с серым подбоем. Голову прикрывала шляпа с огромными полями все того же вороного цвета. На груди януса красовались блестящие броневые пластины, а за черный пояс с массивной пряжкой в виде уробороса – пожирающего самого себя змея – были заткнуты два коротких меча с двузубыми концами. Левой рукой янус придерживал перекинутую через плечо конструкцию чрезвычайно странного вида, видимо, тоже являвшуюся оружием.
Креон и вурк свиду вполне отвечали стереотипным представлениям об их расах. Первый был одет в белоснежное кимоно с расширяющимися к концу рукавами, синтетические брюки серебряного цвета и элегантные ботинки из белой кожи. Все без исключения предметы одежды были украшены бесчисленными мелкими бусинками, слегка напоминающими жемчуг. Взгляд глаз с белесыми радужными оболочками неподвижно уставился в компьютерную планшетку, которую креон держал в левой руке. Пальцы правой руки шустро бегали по нарисованным клавишам. Сквозь прозрачную кожу можно было разглядеть некоторые крупные сосуды и светлую голубоватую кровь, толчками продвигавшуюся по ним. Только пальцы одной руки и кровь двигались в этой фигуре, больше похожей на статую, чем на живое существо. А угловатые черты лица, составленного из множества кристаллических граней, тускло поблескивавших в лучах заходящего солнца, лишь добавляли креону сходства с недоделанной скульптурой. Вурк больше походил на человека – единственные внешние отличия этой расы от нас – полное отсутствие волос на теле и «двухрежимные» глаза, при дневном свете узкие и раскосые (впрочем, такие характерны и для некоторых людей), а ночью – бледнеющие и выкатывающиеся из орбит. Благодаря таким глазам вурки одинаково хорошо чувствуют себя и в радиоактивных пустынях и степях, где надо защищать глаза от пыли, и в темных подземельях. Пассажир парома был одет в потрепанную хлопковую рубаху цвета хаки и замотан в какие-то бинты. На ногах красовались огромные сапоги с квадратными стальными мысами, на лбу – очки-«консервы», а на плече – гранатомет.
Завидев меня, пассажиры хором загалдели. Наверное, паромщик дожидался всех клиентов из очередной партии, а я пришел в себя последним. Напряженные лица солдат расслабились, вурк начал орать на «тормознутого человека» хриплым басом, девушка одарила милейшей улыбкой (правда, тут же вернувшись к прерванной беседе), креон не удостоил меня вниманием. Затылочное лицо януса вцепилось в меня взглядом.
Только сейчас я подумал о том, есть ли у меня деньги на оплату услуг Харона. Пошарив по многочисленным карманам своего черного комбинезона, я быстро нашел нужную сумму и даже немного больше. Забвение – дорогостоящая процедура, видимо, в прошлой жизни я не бедствовал. Отсчитав деньги тени, я ступил на паром. Харон показал жестом, что мы отправляемся, и взялся за весло. Плот тронулся, беззвучно рассекая зеленую речную гладь. На противоположном берегу тоже стоял стеной густой лес, уже начинавший покрываться седыми космами вечернего тумана. В глубине реки на некотором расстоянии от плота скользили неясные тени. Возможно, конечно, это – охрана Острова, но, может быть, и первый признак того, что я нахожусь в индустриальной стране.
Строить догадки – дело неблагодарное, и я попробовал все же порыться в памяти. И наконец понял, что же меня так смущало. Большая часть воспоминаний не была связана ни с какими образами. Это были просто слова. Воображение почему-то отказывалось работать и дополнять фразы картинками.
Я знал все, что необходимо. И это тоже были слова в глубине сознания.
Тем не менее я понятия не имел, для чего это необходимо. Никакого плана дальнейших действий по прибытии на берег у меня не было. Я не представлял себе, чем собираюсь зарабатывать себе на жизнь. Я помнил, что у меня нет дома и что возвращаться мне некуда.
Если нет своих мыслей, всегда можно попробовать позаимствовать чужие.
Я еще раз оглядел своих попутчиков. Контакты с нелюдями исключались – вурк все еще раздувал ноздри и уничтожал меня взглядом, хотя и примолк, а с янусом мне просто не хотелось связываться. Что касается креона, то никаких наркотиков у меня с собой не было, так что диалог с ним не мог начаться в принципе. Люди-мужчины слишком сильно напоминали солдат Конкордата. Хотя кто знает, что они помнят о прошлой жизни. Может, поняли, кому служили, раскаялись…
Мой взгляд остановился на Златовласке. Тебя-то что сюда привело? В твои годы рано еще так сожалеть о содеянном, чтобы предаваться Забвению. Несчастная любовь? Каким же подонком нужно быть, чтобы бросить такое прелестное создание… Мне вдруг стало безумно жаль девушку. Судя по тому, как беззаботно она щебечет с янусом, она забыла почти все. Я очень захотел ей помочь, хотя и не представлял, как. Скорее помощь была нужна мне самому. К тому же где-то в глубине сознания противно извивалась мыслишка о том, чтобы воспользоваться ситуацией в не самых чистых и светлых целях, и может, именно ей я и сдался. Какая теперь разница?
Дождавшись паузы в диалоге Златовласки с двуликим, я решил встрять:
- Хейг! Разрешите представиться, меня зовут Торн… Ферри, - сказал я.
- Хейг! – бодро откликнулась Златовласка, - Я – Ная Фубс.
- Брай, - натянуто, как мне показалось, улыбнулось «переднее» (со стороны груди) лицо януса. Затылочное тут же добавило:
- Лат.
- Честно говоря, не знаю, этично ли интересоваться у прошедших Забвение тем, что они теперь собираются делать, но, тем не менее, поинтересуюсь, - обратился я к Нае. Да, не умею завязывать разговор с незнакомыми! Но надо!
- Зачем вам знать это? – озорно прищурилась Ная.
- Дело в том, что я не знаю, что мне самому теперь делать. Почти ничего не помню из прошлой жизни. Может, вам нужна какая-то помощь?
- Резво, однако, вы начинаете знакомство с девушкой! – усмехнулась Ная.
- Извините, я всего лишь предложил свою помощь. Вы всегда в праве отказаться, - смущенно пробормотал я. Почему-то только сейчас пришла в голову мысль о том, что в прошлом у меня могла быть жена и даже дети. Но я ничего не помнил о них. Не было даже слепых фраз.
- Что вам нужно в качестве оплаты, Торн? – в Златовласке произошла какая-то едва уловимая перемена – она уже совсем не казалась смазливой дурочкой, окунувшейся в Забвение из-за залетного мачо.
- Информация. Я даже не знаю, в какой стране мы находимся, - признался я. Возможно, не стоило так откровенничать, но у меня есть одна не слишком полезная привычка – если что-то заварил, расхлебывай до конца.
- Я направляюсь в столицу. Можете сопровождать меня, если хотите. Но имейте ввиду – я неплохо управляюсь с этим, - она выразительно погладила рукоять вакизаши.
Я метнул взгляд на подозрительно умолкнувшего Брай-Лата. Янус гнусно ухмылялся.
- Возможно, это ничего для вас не значит, но я даю слово, что не причиню вам вреда, буду по возможности охранять вас от всевозможных посягательств со стороны… - начал я. Черт возьми, не так надо с ней разговаривать! К чему эти цветистые фразы? Но меня понесло. Большое спасибо Нае, что оборвала:
- По возможности?
- Если это будет в моих силах, - нахмурился я.
- В ваших ли силах пожертвовать жизнью ради человека, которого вы… охраняете? – улыбнулась Ная.
Та-а-а-к… Дернул меня черт…
- Да, - буркнул я, покраснев, как вареный рак.
- Ну что же, - по-детски пухлые губы Златовласки растянулись еще шире, - пока это не требуется. – Лучше понеси-ка мой рюкзак – все какая-то польза.
Я молча поднял с палубы парома небольшую, но весьма увесистую сумку.
Мы ненадолго замолчали, только Брай-Лат пробормотал что-то типа:
- Лаконично, прямо в книгу…
Кто этих янусов разберет?
Бесшумно приближался берег. По небу вяло тащились лохматые облака, играющие янтарными отблесками заката. Едва заметно колыхалась зеленая речная гладь, а прохладный ветерок приносил немыслимый букет запахов свежей хвои, ночных цветов и паленой резины. Среди деревьев пару раз мелькнули чьи-то светящиеся глаза.
- Как здесь все-таки красиво… - задумчиво сказала Ная.
- М-м-м-да… Только как-то неуютно, - заметил я.
- Уже страшно? Не передумали меня сопровождать? – искоса посмотрела на меня девушка.
- Не страшно. Мерзко.
- Ты тоже чувствуешь? – она посмотрела мне прямо в глаза.
Я кивнул.
- Похоже, Исток здесь не особо дружественен людям. – промолвил Брай-Лат двумя лицами сразу.
- Исток дружественен людям везде и всегда, - возразила Ная с энтузиазмом. – Как мать может не любить своих детей? Просто бывают неразумные дети, которые не ценят любовь своих родителей. Исток никогда не нападает – он только защищается.
Вурк глухо зарычал, услышав эту реплику.
- Иногда людям нужно идти вперед, - возразил я. – Дети когда-нибудь вырастают.
- Это не повод убивать свою мать, - отрезала Ная. – И к тому же Исток не только запрещает и карает. Ведь именно он дает нам магию.
- Есть и иные гипотезы.
- Придуманные технократами… Меня утомил этот спор, - для наглядности Ная зевнула. Железный женский аргумент! – Да и причал близко.
Это было правдой. Старый деревянный пирс, укутанный зарослями тростника, порос лишайником и потемнел от времени. Я перекинул ремень наиной сумки через плечо и ступил на берег. Пассажиры без разговоров покинули паром.
От причала в лес уводило множество тропинок. Вурк немедленно направился в чащу, сломал несколько веток, поймал прыткую коричневую ящерицу, оторвал ей голову и выкинул. Ная поморщилась. Я покачал головой. Конечно, вурки – единственные во всем Керальдо – воюют с Истоком Живого, но то, что делал этот мрачный кочевник в лесу, больше напоминало поведение глупого невоспитанного мальчишки. Глаза вурка окончательно выкатились, принимая ночную форму, на губах играла злорадная усмешка. Задерживаться в чаще он не стал, опасаясь возмездия природы, и побежал по самой широкой тропе. То, что он сейчас сделал, может просто наделить более жгучим жалом слепня, а может стать последней каплей в процессе рождения огромного монстра, способного в одиночку уничтожить если не город, то поселок. И родится эта тварь не в безжизненных пустынях и подземельях Вуркистана, а здесь.
Солдаты, негромко переговариваясь, быстрым шагом направились по прямой тропе. Креон остался на пирсе, и, похоже, не собирался никуда уходить. Он по-прежнему тупо пялился в свою планшетку. Единственным, кто соизволил попрощаться с нами, оказался Брай-Лат.
- Мне пора. Надеюсь найти здесь интересных людей, а может, и еще что-нибудь интересное… - лицо по имени Брай опять ухмыльнулось.
Я без особого энтузиазма пожал протянутую руку двуликого, то же сделала и Ная. Янус надвинул огромную шляпу на глаза переднего лица и неслышно исчез в сгущающихся тенях закатного леса.
- Куда пойдем? – осведомился я у Наи.
- Туда, - девушка махнула рукой в сторону узенькой тропинки, терявшейся в зарослях ольхи.
Я пожал плечами и пошел вслед за Наей. Высокая влажная трава тихо зашуршала по ботинкам и штанам. Причал с оставшимися на нем креоном и тенью моментально скрылся из виду. Неожиданно Ная потребовала:
- Дай-ка мне рюкзак.
Я молча повиновался. Расстегнув молнию, Ная вытащила из недр сумки что-то, отдаленно напоминающее мобильный телефон-«раскладушку» с видеокамерой. Клавиатура была рунной, и я сообразил, что эта вещица похожа на темпоральный артефакт. Неужели меня угораздило связаться с хрономастером? Хотя нет, такие вещицы они продают всем желающим с достаточно тугим кошельком.
Бегло нажав несколько кнопок, Ная снизошла до обьяснений:
- Эта штука показывает прошлое. Я настрою ее на пять минут, и мы сможем засечь нашего двуликого… да еще и двуличного друга.
Я непонимающе посмотрел на спутницу.
- В разговоре со мной он назвал себя писателем. Однако что-то мне подсказывает, что никакой он не писатель, а самый обычный шпион.
- Ничего не соображаю! Какой шпион, какого государства? Как ты догадалась об этом? Зачем нам его выслеживать? Ты что, из спецслужб?
- Многовато вопросов… Погоди… Да, вот он.
На маленьком овальном черно-белом экранчике появился темный силуэт, пробирающийся сквозь заросли. Он двигался вполне спокойно – впрочем, янусу оглядываться ни к чему.
- Жаль, что я не взяла с тебя обещания не распрашивать обо мне… Но мне нужно расплачиваться за твою помощь. Начну прямо сейчас. Пошли, - она мотнула головой в сторону, куда судя по показаниям прибора, отправился Брай-Лат… или совсем не Брай-Лат. Я снял с плеча автомат, передвинул предохранитель в боевое положение и двинулся в указанном направлении. Ная начала свой тихий рассказ:
- Сначала запомни – мои слова – билет в один конец. У тебя сейчас есть последняя возможность уйти и не подвергать себя риску. Мне не нужен геройствующий мальчишка.
- Мне действительно некуда идти, - твердо ответил я.
- Я тебя предупредила. С чего бы начать… Мы с тобой находимся на территории Республики Видерзейд. Я и раньше здесь жила… В общем, эта страна граничит с Конкордатом. Это название тебе о чем-нибудь говорит?
- Тоталитарный, кровавый режим, захвативший почти треть континента. Подавление всех прав и свобод, стукачи и агенты тайной полиции на каждом углу. Постоянный голод из-за неэффективной командной экономики. Самая большая и самая сильная армия в мире. Враги всех прогрессивных рас и народов. Двумя словами, Империя Зла.
- А утверждал, что ничего не помнишь, - укоризненно посмотрела на меня Ная.
- Я не помню ничего, что касалось бы лично меня. Да и сведения об окружающем мире… как бы сказать, отрывочны, что ли… - под моими ногами затрещала сухая опавшая хвоя, и Ная жестами приказала мне остановиться и замолчать. Я вскинул автомат и повел стволом из стороны в сторону, выискивая двуликого. Ная отрицательно помотала головой.
- Надо подождать, - прошептала она. – Мы слишком близко. – Она периодически колдовала над урд-визором (вроде бы магический прибор назывался именно так), изменяя глубину погружения в прошлое. Чем дальше назад, тем менее четким становилось изображение. И наоборот. Глубже, чем на пятнадцать минут, увидеть былое не представлялось возможным. Интересно, какой мощности урд-визоры используют сами хрономастеры?
Где-то впереди резко застрекотали два пулемета. Я и Ная бросились на землю. Ткнувшись лицом в мягкий ковер из мха, я тут же поднял глаза, озираясь в поисках отсветов вражеского огня. Не знаю, на чем строились соображения Наи о том, что Брай-Лат – шпион, но сейчас они, похоже, подтверждались. Только вот стрелял вражина не слишком метко – вокруг не было видно ни обломанных ветвей, ни вывороченного из земли мха. Звуки выстрелов прекратились. Причем оба пулемета как одновременно открыли огонь, так и прекратили его.
Нет, наверное, стреляли все же не в нас. Бдят органы ГБ? Ну-ну…
Ная озабоченно, но быстро оглядела урд-визор – не сломался ли – и потянула меня за собой:
- Быстрее!
На мой взгляд, вслепую лезть под пулеметный огонь было чистейшим безумием, и я не дал вытянуть себя на относительно свободную от деревьев прогалину, куда устремилась Ная. Ее саму я тоже втащил под защиту ближайшего древесного ствола. Она дернулась, прошипев:
- Упустим гада! – но я придержал ее за руку – ту, что уже потянулась к вакизаши.
Дабы не искушать судьбу и не давать всецело поглощенной поимкой государственного преступника Нае повода наброситься на меня, я быстро высунулся из-за ствола, крепко сжимая автомат вспотевшими ладонями.
Януса нигде не было видно.
- Ушел! – прорычала Ная за спиной с совсем ей не подходящей злобой. – А все из-за тебя, дубина!
Я оглянулся. Ная лихорадочно жала клавиши урд-визора.
- Ты хочешь, чтобы он нас расстрелял, когда мы его даже не видим? – лязгнул я в ответ зубами.
- Он стрелял не в нас!
- Может, да, а может, и нет. Отсюда его огневую позицию все равно не видно. Тебе и урд-визор не поможет. Пошли вперед, только осторожно.
- Ишь ты, раскомандовался!
Тем не менее Ная двинулась следом за мной. А я теперь не опускал ствол автомата. На цифровом счетчике патронов горела цифра «40». На одного Брай-Лата более чем достаточно. Но пулеметов было минимум два…
- Смотри сюда! – приказала Ная, показывая пальцем на экранчик урд-визора. Вот что произошло.
Через дисплей на том месте, где сейчас были только несколько поломанных ветвей, был виден прошедший там пару минут назад Брай-Лат. Он стоял… раньше стоял боком ко мне и Нае. Неторопливым движением двуликий разложил агрегат, который все время носил на плече. Теперь я понял, что средняя ее часть была чем-то типа странного гибрида приклада с казенной частью, из которого торчали шарнирно присоединенные стволы – один вперед, другой назад. Наверняка оружие разработки янусов – стрелять можно в обе стороны.
Придерживая стволы, каждый одной рукой, Брай-Лат поводил ими и наконец открыл огонь. Двумя струями в стороны полетели гильзы. Януса почти не трясло – видимо, отдача двух стволов компенсировала друг друга. Стробоскопические вспышки озарили темноту лесной чащи. Ная повернула урд-визор, пытаясь увидеть то, во что стрелял двуликий. И увидела. Я глянул туда же «в реальном времени». Измочаленные стволы, изрубленные ветви… И что-то еще, малозаметное в сумраке подлеска, издали напоминающее муравьиную кучу средних размеров. А вот на дисплее…
Subscribe

  • Ещё один маленький отрывок

    Заяц поводит ухом. Судя по размеру, он уже стар - совсем маленький. Чуть крупнее, чем вырастали зайцы в те далёкие дни, когда они были просто…

  • Повседневность

    Саундтрек - In This Moment - Blood Legion Это случится в летний солнечный день. Тебя разбудят детские крики со двора. Лежа на диване, ты подумаешь,…

  • Меж тем работа над романом продолжается

    Не думаю, что это когда-либо издадут. Впрочем, разве это важно? - А вот эта станция мне знакома, - Жол щёлкает зажигалкой раз, другой. Кончик…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments